Красавица с «Фабрики красоты»

Красавица с «Фабрики красоты»

Одна из десяти участниц украинского проекта «Фабрика красоты» – 26-летняя Елена Михальская – в течение двух месяцев пережила два общих наркоза и три пластические операции. Елене «смастерили» на «Фабрике» красивый нос, притянули к голове уши, вставили искусственный подбородок и увеличили грудь с первого размера до третьего. Кроме того, отбелили хорошие от природы зубы и удалили пять «родинок» на лице и теле.

Елена стала увереннее в себе и в собственных силах. Говорит, все, что меняется – к лучшему. Увлеклась катанием на коньках. Сломать нос, который ей старательно «делали», не боится. Говорит, что жить «под колбой» не собирается. А на вопрос, решилась ли бы с возрастом «подтянуть» морщины, улыбнулась: «Если изображение в зеркале перестанет вдохновлять – надо будет что-то менять…».

Начиналось все с мечты…

Как любая женщина, Елена хотела быть красивой. Но природа обделила… Приходилось прятать под волосами уши, которые все же непослушно оттуда выглядывали. Нос больше всего раздражал: его же не спрячешь, и сколько ни припудривай – все равно большим будет. А взгляды прохожих! Всегда казалось, что замечают именно нос: кто-то – жалостливо, кто-то – с улыбкой…

Но ни нос, ни уши не помешали Елене рано выйти замуж. Быстро родила дочь. Быстро и развелась. Вторично вышла замуж и родила вторую дочку. Муж любил и любит, жизнь течет, и вроде бы всего хватает… Но затаенное желание стать красивой не покидало. Когда увидела рекламный ролик «Фабрики красоты», подумала, что это – шанс. Но соглашаться не спешила. Неожиданно поддержала мама: принесла газету с объявлением и показала дочери. Тогда уже, не колеблясь, написала все о себе и направила два фото: портрет и «в полный рост». Позвонили, сказали, что через несколько дней нужно ехать из Львова в Киев. На два месяца.

Переполох поднялся не абы какой, следует сказать: вещи не собраны, дети не отпускают. Старшая, девятилетняя Юля, все просила: «Мама, ты у нас красавица, никуда не уезжай». Муж не возражал, хотя и не настаивал. Решение приняла самостоятельно. Поехала.

Мужчины отбора не прошли – слабое здоровье

Из пяти тысяч (!) желающих лечь под нож хирургов отобрали десять женщин. Выбирали тех, у кого дефектов было больше (чтобы изменения были более заметны) и максимально здоровых (не каждый организм выдержит столько общих наркозов и других вмешательств). До приезда Елены девушки жили на «Фабрике» уже месяц: их обследовали и двух «забраковали»: у одной нашли врожденный порок сердца, о котором она и не догадывалась, у другой – повреждение легкого. Взамен одной из них и пригласили Елену.

Десяток отобранных «фабричных девушек» поселили в доме на окраине Киева, каждой дали по комнате. Один холодильник на этаж, один телевизор. Постоянно дежурили охранники, за здоровьем следили медсестры. Елена называет этот домик приятной тюрьмой: гулять разрешалось только на территории, есть – только то, что дают (строгая диета – одно из условий контракта), видеться с родными, друзьями – запрещено, только общаться по телефону.

На проекте к выбору врачей отнеслись серьезно: изучили рейтинг пластических хирургов. Остановились на одесских врачах из клиники «Виртус», которые оперировали девушек на базе киевской клиники «Борис». Осмотрев Елену, медики предложили ей первым делом «сделать» уши. На операцииг ей закрыли, чтобы не поражал вид инструментов, обкололи уши вокруг местной анестезией и отрезали по несколько хрящей, чтобы «прилепить» их ближе к голове. Это продолжалось пять часов.

То, что «красота требует жертв», почувствовала сразу после операции – невозможно было спать в любимой позе «на боку», на спине спать не умела, поэтому пришлось спать на животе. До сих пор чувствует боль. Первый общий наркоз – операция на носу и подбородке. Выровняли носовую перегородку, которая всегда не давала свободно дышать носом. Вышла из наркоза хорошо по сравнению с другими девушками: у многих были проблемы… Некоторые после наркоза признавался врачам в любви…

Для подбородка готовых имплантатов не было, врач сам из силикона изготовил форму. Сразу губы совсем не смыкались, были сильные отеки, теперь – уже легче, хотя Елена все еще думает, не придется ли переделывать подбородок снова… Когда выжигали «родинки» – запах был такой, будто жгут тебя живьем…

А больше всего огорчения было после «наращивания» груди. Елену устраивал ее родной бюст – и форма, и первый размер, но медики убедили. Она решилась на операцию, позвонила мужу и сказала, что ей предложили второй размер. На что благоверный заметил: «Да что там второй… Давай уже третий!».

Сценарий после операций для девушек был стандартным: три дня в клинике – и в домик за город. Пока были в клинике – ничего не болело, а в домике после операции на груди едва с кровати сползала: дикая боль пронизывала тело, когда надо было встать с кровати (задействовались именно те мышцы), поэтому старалась сползать… Девушек донимали мухи и комары – в летнюю жару они буквально лезли в глаза (особенно неприятно было тем, кому сделали «подтяжку» морщин (блефаропластику), и глаза у них вообще не закрывались).

«Девушки фабричные …»

Очень серьезно отнеслась к проекту 36-летняя Галя из Николаева. Ей делали липосакцию – забирали жир с бедер, проблемной зоны, унаследованной генетически. Маленькая дочь после окончания проекта Галю два дня не узнавала – не подходила даже. Самую старшую, 54-летнюю Лидию Федоровну, «омолаживали»: у нее было неестественно много морщин. «Она больше всего и «допекла» как девушек, так и врачей, – смеется Елена, – довела до слез не одного. Охранники нашли в парке выброшенные таблетки, которые она не захотела принимать».

Была Наталья – художник из Ужгорода, которая долго живет в Киеве. Ей все не нравилось, что ей делали, потом извинялась. Ей казалось, что груди у нее стали квадратными, а нос – еще хуже, чем был… Самая младшая, Маринка (22 года) из г. Николаева, имела длинный подбородок – ей срезали 1,5 см кости. В Николаеве жила с парнем, который относился к ней как к рабсиле: использовал как хозяйку, а как женщину – игнорировал… Девушкам говорила, что приедет – бросит его, а потом все чаще: «Все-таки он будет мой»… И добилась своего: забеременела, выходит за этого парня замуж, говорит, что любимый на нее смотрит другими глазами…

Когда отеки более-менее сошли, девушек стали готовить к финалу передачи. Стилист Юра Царев Елену из рыжеволосой превратил в блондинку, подстриг и завил волосы. Проблем с фигурой у Елены не было, поэтому дизайнер Анжела Лисица легко подобрала фасон вечернего платья. За родными и друзьями во Львов отправили автобус. Разрешалось пригласить около 20 человек. Приехали мама, муж, дочери и друзья. Очень плакала старшая Юля, увидев маму: не то, что не узнала – соскучилась. А маленькая прижалась – так в платье и уехала во Львов. «Муж поначалу просто не отходил, – смеется Елена, – а сейчас уже привык. На День Львова гуляли, оказались в середине толпы. Муж держал Елену в объятиях перед собой, оберегая грудь. Все шутил: «Смотри, чтобы имплантанты в трусах не оказались…».

Прошлый год Елена считает счастливым – на проект попала, мечты реализовала… Ей такие операции обошлись бы 10 тысяч долларов.

Остап Могиляк, специалист по пластической и реконструктивной хирургии:

– Я категорический противник таких рекламных телешоу, во время которых проводят длительные операции в различных зонах почти мгновенно. Невозможно заниматься всем телом одновременно. Надо разделить эстетические зоны и выборочно, по необходимости, вмешиваться в организм. Думаю, что при таких скоростных темпах закрадываются ошибки. Каждый дополнительный час под общим наркозом – огромный риск для жизни человека, агрессивное вмешательство в организм, провоцирующее общий стресс.

Пациент – не конфета, которую заворачивают в красивую обертку. При частых оперативных вмешательствах он истощается, иссякает, и становится недалеко до трагедии… Пластические хирурги обычно действуют по принципу: делай меньше, чем тебя просит пациент. Должно быть время для размышления, ожидание – оно себя оправдывает.


Карта сайта


Информационный сайт Webavtocat.ru