Врачи Белоруссии

Врачи Белоруссии

Хорошо, если врач умеет возвращать здоровье не только лекарствами, но и словом. Особенно, словом родным. Врачи Белоруссии, девять девушек с IV курса лечебного факультета медицинского университета добились права учиться по-белорусски.«В Конституции написано, что мы имеем такое Право, и они ничего не сделают». А вот ребятам не хватает смелости. После занятий по неврологии в одной (или единственной одинокой) из комнаток 9-й клинической больницы единственная белорусскоязычная группа в медуниверситете ответила на вопросы корреспондента "НН".

"НН": Вы единственная белорусскоязычная группа в медицинском университете?

Анастасия Картель: Пока что единственная.

"НН": А как вы нашли друг (человек связанный дружбой или сторонник чего-то) друга?

Анастасия Картель: Началось с того, что мы вместе с Алесей Норка зашли в общество белорусского языка. Тогда мы еще были первокурсницами. У нас спросили, не хотим ли мы учиться на белорусском языке. Мы даже не знали, что такое возможно. Но подумали: почему бы нет? Нам дали образец заявления: «Мы, такие и такие, хотим учиться на белорусском языке, используя наше конституционное право». Начали ходить по группам, собирать подписи. Сначала подписалось 18 человек (то есть существо обладающее даром мышления и речи способностью создавать орудия и пользоваться ими). Но потом люди по разным причинам стали отказываться — и группа вышла вдвое меньше. На втором курсе начали заниматься по-белорусски. Как видите, уже до четвертого доучились.

"НН": Чего среди вас парней нет?

Олеся Норка: Вот такие у нас ребята! Сначала они были, а потом кому-то смелости не хватило, кому-то мама (женщина по отношению к своим детям) не разрешила.

"НН": А у вас не было никаких проблем в связи с тем, что вы обучаетесь по-белорусски?

Олеся Норка: Мои родители то не сразу (очень быстро или немедленно) об этом узнали. Что касается проблем с руководством … В Конституции написано, что мы имеем такое Право, и они ничего не сделают."НН": А как к вам преподаватели относятся?

Анастасия Картель: Отчасти хорошо. Бывает, услышав, что мы по-русски разговариваем, начинают говорить (выражать мысли или сообщать или свидетельствовать): "Я по-белорусски не буду, давайте по-русски». Или «из-за того, что я не умею по-белорусски, давайте на нашей кафедре вы будете по-русски заниматься». Случается и иначе. Была у нас одна (или количеством равная единице) преподавательница, которая сама сначала плохо разговаривала, но все время говорила, что по-белорусски разговаривать надо, записывала слова (отдельные самостоятельные части языка), просила, чтобы ее чинили, беседовала с нами. У нее даже маленький собственный словарик сложился.

"НН": Много (большое количество) ли в медуниверситете преподавателей, которые читают лекции и ведут семинары по-белорусски? Анастасия Картель: Несколько (то есть небольшое количество один два или три) человек. Но чтобы на одной кафедре было более одного белорусскоязычного преподавателя — такого не помню.

«НН»: Вам, наверное, врачи Белоруссии, часто приходится изобретать новые медицинские термины?

Анастасия Картель: Да, практика приучает! Что мы там придумали? «Брулявина», например (то есть в качестве примера для пояснения). В переводе на российскую — «мочевина». Хотя на самом деле мы потом нашли научный аналог — «карбамид». «Клетчатка» называли «цалявкай»: от «келья» — «клетка». Некоторые термины заимствуют с английского, польского языков. Словарик даже составляли, но он пока в достаточно хаотичном состоянии.


Карта сайта


Информационный сайт Webavtocat.ru