Гены не все решают

Гены не все решают

Мы также знаем, почему дарвинский подход, далекий от генетического детерминизма, иногда называют — с определенной долей иронии — «энвироменталисцкой теорией» (от англ. Environment — среда). Генетические Детерминизм обычно связывают с концепцией, что раз гены являются частью цепи причинно-следственных отношений, то, чтобы изменить результат, необходимо модифицировать гены, вмешиваться именно в генетические предпосылки. А это достаточно странная идея.

На самом деле нет оснований все списывать на гены — ведь ничто не указывает на то, чтобы именно их считать важнейшим фактором. На примере статистики убийств мы могли убедиться, что, когда дело касается унивэрсалий человеческой натуры, естественным полем для вмешательства есть среда.

Так же бывает и тогда, когда мы имеем дело с генетическому различиями между людьми, — например, хотя бы в случае склонности к сахарному диабету. Там, где люди питаются традиционно — низкокалорийный рацион, много клетчатки, мало жиров и углеводов, — сахарный диабет практически не возникает. Зато режим питания, характерный для современных обществ, приводит к тому, что у людей, имеющих большую наследственную предрасположенность к этой болезни, он развивается почти мгновенно. Подобная разница существует и в интенсивности мужской склонности к конкуренции. Другое дело, что в соответствующем окружении — в Исландии, но не в Чикаго — он??вовсе не обязательно приводит к убийствам.

В мешок с тегом «генетически детерминизм» вкладывается много самых разных вещей — вместе со свободной волей, ответственностью, контролем над собственной жизнью. Я, однако, не знаю ни одной концепции биологического детерминизма, которая объясняла бы страхи, которые так часто царят между людей. Наоборот — все, что относится к генов, относится также к среды. Поэтому, когда люди настолько боятся генетика, они так же сильно должны бояться неблагоприятных условий, которые могут сложиться.

Различные склонности, способности, амбиции

С наибольшей враждебностью встречается идея, что существуют — возникнув в ходе эволюции — различия между мужчинами и женщинами. Особенно противятся ей феминистка. Конечно, феминизм — очень широкое понятие. В действительности мало что объединяет упорных британских марксисток, «интеллектуалок», которые пишут на постмодернистским жаргоне, и меня это очень беспокоит, а как дарвинистку и феминистка беспокоит вдвое.

Кажется, что в истоках феминизму лежит не до конца нормальное убеждение, что нельзя добиваться равенства, когда женщины и мужчины не являются идентичными. Пишу «не до конца нормальное», ибо, как только его сформулировать, положение становится ошибочным. Большинство отраслей феминизму явно сжились с мыслью, что если действительно существует фундаментальная разница между полами, то борьба за приличное и эгалитарные общества заранее обречена на поражение.

Тем, с чего когда-то зародился феминизм, был протест против дискриминации женщин только за то, что они женщины, — против запретов поступать в университеты, иметь имущество или против лишения избирательных прав. На эту первоначальную цель забыли, когда женское движение начал игнорировать существование врожденных различий между полами и добиваться повсеместного соблюдения принципа «50/50» — в учебных заведениях, на предприятиях, в спорте, в опеке над ребенком. Если где-то женщины не составляют ровно половины — о, это уже сексизма!

К сожалению, независимо от того, имеем мы дело с сексизма или нет, разница между полами есть. Два полы имеют разные склонности, способности, достоинства, потребности, интересы и амбиции, а женщины обычно делают другие выборы по сравнению с мужчинами. И именно учет этих различий, а не бездумное стремление к «равного соотношения», должен определять разумную социальную политику.


Карта сайта


Информационный сайт Webavtocat.ru