Компания СВАРОГ.

Компания СВАРОГ.

Своя игра. В начале сентября в Лондоне состоялась широкая дегустация вин Чили, которой предшествовал семинар для винных критиков, сомелье и прочих профессионалов винного рынка, организованный в девятый раз компанией Errazuruz. Увлекательный тренинг с эпическим названием «The Tale of three terroirs», призванный убедить англичан в том, что Чили и в будущем предполагает оставаться источником наиболее востребованных рынком вин, состоялся по инициативе президента компании Эдуардо Чедвика, обладателя таких винодельческих хитов, как Sena, Don Maximiano и Vinedo Chadwick.

Президент компании Errazuriz Эдуардо Чедвик отвечает на вопросы «Сомелье. ru».

- О Чилийских винах мир заговорил всего несколько лет назад, а вы проводите свои семинары уже девятый год. Как вам удалось убедить англичан в актуальности «чилийской темы»?

- Экспорт первых вин Чили стартовал в 1985 году, а мы стали проводить свои семинары в 1989-м, когда произошло широкое знакомство с нашими винами. Еще десять лет ушло на признание и узнавание миром нашей страны. В середине 1990-х в Чили начался настоящий винный бум: все бросились исследовать терруары, заниматься клоновой селекцией, переоснащение погребов, завозом нового оборудования. Сегодня трудно представить, что еще в середине 80-х в Чили не было таких сортов, как Сира, Вионье, Пино Нуар, а были лишь обычные международные сорта. Однако с 1990 до 1995 года происходила винодельческая революция, которая произвела вина, известные сегодня. Тогда же были открыты и наиболее многообещающее регионы, к примеру, такие модные, как Касабланка. Эти годы заложили базу сегодняшнего успеха. А мы в компании Errazuriz активно участвовали в этом процессе и последовательно знакомили англичан со всем, что происходило у нас в стране в области виноделия.

- Известно, что ваше винное хозяйство – одно из самых старых в стране. Не кажется ли вам, что у «Эрразурица» были лучшие условия для старта, чем, к примеру, у Аурелио Мотеса, который начал свой бизнес с нуля?

- Вы правы, у нас долгая семейная история – наша винодельня была основана в 1850 году. Однако в 1973-м она закрылась в силу политической нестабильности (11 сентября 1973 года в Чили произошел военный переворот). Мой отец смог открыть ее лишь в 1983 году, и площадь виноградников, окружавших винодельню, тогда составляла всего 15 гектаров. Первым делом расчистили поле деятельности: стали сжигать старые бочки, которые стояли без дела целых 10 лет. Но начинать с нуля оказалось плодотворным занятием: мы занялись новыми посадками, выбором новых земель, обновлением оборудования. Мы словно заново родились! Сейчас, через 20 лет, у нас 500 га и одна из самых передовых виноделен мира. С нулевых продаж до экспорта в пятнадцать основных стран (а всего число стран, где знакомы с нашими винами, приближается к тридцати). 95 процентов вин компании идет на экспорт. Они отражают терруар долины Аконкагуа со всеми ее климатическими особенностями – длинными летними сухими сезонами, отсутствием дождей и заморозков, где жаркие дни охлаждаются бризами с моря. Наши основные сорта – Каберне Совиньон и Сира, на которых мы концентрируем усилия и которые показывают здесь свои самые лучшие результаты.

- Однажды один язвительный кинокритик назвал известную актрису Эмму Томсон «Ванессой Редгрейв для бедных». Не кажется ли вам, что, следуя этой логике, вина, сделанные в Чили по классическому французскому рецепту (Каберне Совиньон + Мерло), - Бордо для бедных? Ведь ваш Don Maximiano сделан но бордоскому рецепту – Каберне Совиньон, Каберне Фран и Мерло. Sena также в значительной степени испытала на себе влияние Бордо – это бленд Каберне Совиньон, Мерло и Карменера. Иными словами, не думаете ли вы, что ваше копирование стиля Бордо – более гламурного, обладающего незыблемой репутацией и в коммерческом смысле более успешного – обрекает вас на роль подражателей и потому не оставляет шанса стать первым в мире виноделия?

- Нет, я не согласен с такой точкой зрения. Да, Бордо сейчас лидирует, однако бургундская история старше и богаче, и тем не менее, на мой взгляд, коммерческий успех бургундских вин позади… Чили начала производить качественные вина всего 15 лет назад, но мода в потреблении вин меняется, и мы не знаем, где будет Бордо через 50 лет и по каким критериям будут судить вина через полвека… Что же касается копирования стилей, то ассамбляж Каберне Совиньон – Мерло традиционен для Чили. Я бы сказал, что бордоский бленд – часть нашей винодельческой культуры: эта традиция была заложена в 1850-х годах, когда первые бордоские сорта винограда были привезены в Чили и когда у нас появились французские виноделы. И от этого никуда не денешься – это исторический факт. Мы действительно многое позаимствовали у Бордо: и сами сорта винограда, и систему ухода за лозой. Но сегодня мы двигаемся дальше, много путешествуя по миру, приносим самые лучшие технологии для нашего терруара. К примеру, в 1990 году в Чили началась экспансия новых сортов. Мы в компании Errazuriz посадили Сира, Карменер, Пино Нуар, подобрали каждому сорту свой микроклимат. Теперь мы знаем, что Аконкагуа наиболее благоприятна для Сира, а в Майпо, которая больше всего походит по климату на Бордо, отличные результаты дают Каберне Совиньон и его бленды (причем результат вовсе не напоминает Каберене Совиньон из Бордо!). Касабланка идеальна для выращивания Шардонне и Совиньон Блан. (Собственно, результаты подобных исследований и стали темой наших семинаров). Винный мир стремительно меняется. Когда-то Роберту Мондави пришлось доказывать, что делать отличные вина можно и в американской долине Напа. А ведь всего тридцать лет назад Напа считалась абсолютно бесперспективной в плане производства качественных вин! У Чили боле короткая история, но куда больший потенциал, чем у США, и у нас есть возможность делать здоровые вина, поскольку у нас нет дождя, заморозков, болезней лозы. Здесь можно выращивать самый здоровый виноград. Не случайно в Чили приходят знаменитые виноделы – Поль Понталье, Мишель Ларош, Пьеро Антинори и многие другие, которые связывают международный успех с нашей страной. И таких людей с каждым годом становится все больше. Потенциал Чили нам, жителям этой страны, представляется бесспорным, но мы понимаем, что потребуется время, чтобы доказать эти аксиомы простому потребителю.

- Когда-то выпустивший свое топовое вино испанец Мигель Торрес был страшно горд тем, что его Mas la Plana была спутана в слепой дегустации с Chateau Latour. С тех пор проводить слепые дегустации, выставляя наряду с прославленными бордоскими эталонами новые образцы, стало у молодых виноделов страшно модным занятием. Вы не исключение, достаточно вспомнить нашумевшую дегустацию в Мюнхене. Объясните, для чего подобные акции проводятся и что вы ими хотите доказать?

- У Бордо колоссальная репутация, которая создавалась веками. Весенней дегустацией в Германии мы хотели доказать, что наши вина, пусть и не обладающие бременем славы Бордо, способны конкурировать с ними в чисто потребительских свойствах – они могут восхищать, удивлять, нравиться… Оценка ведущими критиками наших топовых вин, большинство которых являются блендами Каберне Совиньон, - показатель того, чем Чили действительно может гордиться. Но даже у наших имитаций, сделанных по рецепту Бордо, свой характер, а у виноделов – своя, незаимствованная философия. У Чили множество потенциалов для развития виноделия, однако мне кажется важным соотнести то, что мы делаем, с эталонными винами других стран, определить свое место на винной карте, понять свой стиль. Красота перспективы, ее интрига и оптимизм заключаются в том, что мы не хотим быть ни на кого похожими – ни на Бордо, ни на Австралию. Быть похожим на кого бы то ни было скучно, а мы хотим играть в свою игру. Для того чтобы понять лучшие вина Чили и отличие нашей страны от других винопроизводящих стран, хорошо бы их пробовать вместе с французскими. К примеру, чилийскую «Сира» - с винами северной Роны, «Эрмитажем» и австралийским «Ширазом». Различия очевидны: у нас холоднее, чем в Бароса, и теплее, чем на северной Роне. Обычно ронская «Сира» описывается как элегантное, шелковистое, но в то же время полное животных ароматов вино. «Сира» Австралии – со вкусами джема, очень зрелая. Чилийская «Сира» сложная и нежная, теплая, фруктовая, с яркими нотами перца. Наши вина не менее элегантные, чем французские, но зачастую с более сильной алкогольной составляющей – они на один градус крепче вин Старого Света. (Все же у нас теплее!) Мы производим вина тонкие, зрелые, элегантные, мощные, сложные, со зрелыми танинами, с хорошим телом, с хорошей кислотностью – все, что дает нам наша земля! Но эти вина не экстремальные. И это доказывает отличие нашей страны от прочих. У Чили – свой путь. Мы постоянно находимся в поиске, экспериментируем, пытаемся понять, как можно сбалансировать эти качества и сделать наши вина более элегантными и стильными.

Сегодня в мире существует признанная классика – Старый Свет с его элегантностью, есть стиль Мишеля Роллана с его экстрактивностью, высокой концентрацией и девизом «чем мощнее, тем лучше». Однако и потребитель в последние годы стал требовать более сладких, более зрелых вин. Вкус в мире изменился, и на него повлияли мы, виноделы Нового Света. Но иными стали не только вкусы потребителей – изменились стандарты виноделия. В этом я убедился, проведя неделю в Бордо. Там сейчас производят вина на один градус алкоголя выше, чем 10 лет назад. Даже замки первой величины (в том числе такие, как «Шато Лафит» или «Линч Баж»), начали менять свой стиль. Диктующий моду в мире вина, Мишель Роллан настаивает на позднем сборе винограда, с большей степенью зрелости, и в результате его вина менее кислотны, а ведь он находится в авангарде виноделия.

- Мода, в том числе винная, весьма скоротечна и изменчива. Не боитесь ли вы того, что увлечение вашими винами сойдет на нет и мир займется новым фаворитом?

- Мы действительно как раз входим в моду, во всяком случае в Англии. Мы идем на шаг позади австралийцев, которые и не скрывают, что производят вино «кока-колы»: эти вина легко пить, они сладкие, как варенье, вязкие, очень яркие… Однако потребителю их вина наскучили – вот мое личное мнение. Относительно того, как долго мы продержимся, это и вправду сложный вопрос… Но слава Богу, у нас в Чили достаточно земель и винограда, а также различных вин и желания их производить.

-У вас длинная семейная история, большинство поколений Чедвиков связаны с Англией. Сейчас вы живете в Англии и, кажется, чувствуете себя здесь комфортно. Кем вы себя ощущаете – англичанином или чилийцем?

- Поскольку я обладаю очень британской фамилией, этот вопрос меня не удивляет. Наша семья переехала в Чили в 1840-х годах, таким образом, я представитель четвертого поколения Чедвиков в Чили. Я, конечно же, в первую очередь чувствую себя чилийцем… предки которого когда-то жили в Англии. Однако я с удовольствием бываю в Англии. Ведь Чили так далеко, а Европа дает перспективу того, что мы делаем.

К сведению. Компания Errazuruz известна своими инновациями в области производства вин. Команда виноделов и агрономов не оставляет поиска новых территорий и технологических экспериментов для усовершенствования своих вин. Компания гордится тем, что первой начала высаживать виноград на склонах холмов. Она первой привезла Сира и Санджовезе в Чили. Именно их вино Don Maximiano Founder’s Reserve, дебютировавшее в 1989 году, первым из чилийских завоевало золотую медаль на International Wine Challenge и было первым из категории «ультрапремиум», пробившимся к потребителю из тех времен, которые сегодня уже принято называть «темными веками виноделия Нового Света». Недавно золотой медалью было отмечено Single Vineyard Syrah 2001 “La Cumbre” и Cabernet Sauvignon с виноградника Arboleda. В портфеле компании уже три вина категории «ультрапремиум» - Sena (первый урожай 1996, совместно с Робертом Мондави), Don Maximiano Founder’s Reserve (выпускается с 1989-го), Vinedo Chadwick (выпускается с 2001-го). Философия компании заключается в том, чтобы предложить потребителю вина, произведенные в лучших чилийских регионах, а к таковым, по мнению руководителей Errazuriz, относятся долины Аконкагуа, Майпо, Касабланка и Кольчагуа.

Для доказательства качества своих вин Эдуардо Чедвик не боится идти на самые рискованные эксперименты. Весной нынешнего года его компания организовала в Мюнхене слепую дегустацию под интригующим названием Chile meets Bordeaux, для которой чилийцы потратились на бутылки 1999 м 2000 годов всех пяти великих французских вин – Chateau Mouton Rothschild, Chateau Lafite Rothschild, Chateau Latour, Chateau Margeaux, Chateau Haut-Brion. Одновременно на суд критиков были вынесены три супервина компании тех же 1999 и 2000 годов урожая. Как и ожидалось, дегустация принесла сюрприз: фаворитами критиков (а среди сорока присутствовавших были такие знаменитости, как Роберт Джозеф и Рене Габриэль) стали вовсе не прославленные бордоские эталоны 2000 года. Лучшими участниками дегустации признали Chateau Margeaux 1999 и Chateau Latour 1999. Третье место разделили Don Maximiano 2000 и Sena 1999. На четвертом оказались Sena 2000 и Chateau Margeaux 2000. Последнее было отдано Don Maximiano 1999, Chateau Haut-Brion 2000 и Chateau Lafite Rothschild 2000.


Карта сайта


Информационный сайт Webavtocat.ru