Межкомнатные филенчатые двери - О межкомнатных дверях

Межкомнатные филенчатые двери - О межкомнатных дверях Важнейшим достижением последних десятилетий явилось превращение археологического материала из иллюстративного придатка в самостоятельный источник объективных, зримых сведений о средневековом городе. Благодаря ему нам теперь известны особенности размещения, размеры и характер планировки основных городов нескольких исторических районов (Семиречье, Таласская долина, Чач и Ахангаран, Южная Туркмения, Средняя и Нижняя Сырдарья). По конфигурации и рельефу городищ мы можем судить о планировочной структуре примерно V3 всех средневековых городов (главным образом крупных). В отношении десятка городов мы располагаем сведениями о росте территории, типе застройки, размещении некоторых ремесленных кварталов, уровне благоустройства. К сожалению, ни один город IX—XII вв. не раскопан столь полно, как Пенджикент, и все эти сведения разновременны и относятся к городам разных районов. Только благодаря раскопкам Афрасиаба можно надеяться связать их воедино и выявить степень типичности. Значительный прогресс археологического изучения города, дающий нам массу конкретного материала, все же не привел еще к ощутимому сдвигу в теоретическом осмыслении истории города, его экономики и социальных отношений. Это в значительной степени объясняется особенностями археологического материала как исторического источника. Он безусловно более объективен, чем письменные источники, совершенно свободен от классовой, религиозной и иной тенденциозности, которая так искажает картину прошлого, фиксируемую пером древних авторов, но он больше говорит сам о себе, чем об отношениях людей в обществе, его оставившем. Так, прогресс в общественных отношениях не всегда и не сразу отражается в прогрессе производства, внутригородская организация настолько слабо отражается в планировке, что это отражение может быть не обнаружено. Синхронизация известных исторических событий с изменениями, обнаруживаемыми на городище, не всегда надежна в силу неточности археологических методов датировки. Увеличение объема раскопок и числа археологов не только ускоряет изучение прошлого, но и создает специфические трудности. Удельный вес личных археологических наблюдений каяедого исследователя по сравнению с общей массой сведений быстро уменьшается, и возрастает доля материала, извлекаемого из публикаций. Между тем археологический документ (раскапываемый объект) в отличие от письменного не может быть идентично опубликован и содержать одинаковую информацию для раскопщика и исследователя, пользующегося публикацией. В процессе исследования он исчезает, сохраняясь лишь в графической документации, фотографиях, записях раскопщика и его воспоминаниях. Читателю же достается только то, что зафиксировано в документации, которая к тому же публикуется очень скупо. В первую очередь воспроизводятся вещи или эффектные архитектурные детали, а стратиграфия, на которой основывается датировка, в большинстве случаев остается в памяти раскопщика — инструменте неточном и недолговечном. Стратиграфические разрезы встречаются почти исключительно в отчетах о небольших раскопках. В остальных случаях стратиграфическая связь не документируется, а описывается словесно, как нечто второстепенное. В результате объективный по своей сущности материал гибнет в субъективном переложении. Нередко в публикациях отсутствуют даже такие традиционные формы документации, как планы; случается, что на планах городищ и раскопов отсутствует линейный масштаб, частные планы не привязываются к общим, размеры на планах не соответствуют размерам, указанным в тексте. Все это затрудняет использование археологического материала для исследования истории города.


Карта сайта


Информационный сайт Webavtocat.ru