«Они больше разговаривают с детьми, а мы их развлекаем»

«Они больше разговаривают с детьми, а мы их развлекаем»

В Москве завершился фестиваль детских театров «Гаврош», который проходил уже в четвертый раз. В этом году гостями фестиваля были французские театры. «Гаврош» традиционно является местом паломничества молодых мам с детьми. Они знают, что только здесь можно узнать историю маленького квадрата, потерявшего свой кусочек, или увидеть чеховский «Роман с контрабасом» в трактовке кукольного театра. О том, чем отличается французский детский театр от русского, надо ли разговаривать с детьми о спектаклях и понимают ли дети «взрослый» язык, мы поговорили с арт-директором фестиваля, художественным руководителем Московского театра клоунады Терезой Дуровой.

- В чем отличие французских детских театров от русских?

- Они больше разговаривают с детьми на очень серьезные темы, а мы больше детей развлекаем. Это не хорошо и не плохо, просто мы разные. Французские дети живут немножко не в той ментальности, в которой живем мы. Кроме того, европейские мамы очень рано выходят на работу, поэтому дети начинают ходить в детские сады с очень раннего возраста. Например, эта тенденция есть в Италии. И с этого же возраста дети начинают ходить в театр. Поэтому во многих европейских театрах сейчас идет волна возникновения так называемых тетров «small size» – для самых маленьких. Это становится популярным, хотя это вещь спорная.

—Почему?

—Ряд психологов, с которыми я общалась здесь, у нас, говорят, что нельзя долго удерживать внимание маленького ребенка. Но можно или нельзя – дело же не в этом, а в том, насколько важно то, о чем мы с ним разговариваем и кто этим занимается. В русском, или российском, театре всегда считалось, что если актеру нечего делать и негде играть, то он будет козликом в детском театре. В Европе у детских театров другое положение. Там этим занимаются только фанаты. И они очень серьезно к этому подходят.

—А в чем заключается «русский» подход?

—Мы больше развлекаем детей, чем говорим о каких-то серьезных вещах. Нам кажется, что жизнь ребенка настолько серьезна сама по себе – и дома, и в школе, и в детском саду, – что уж коли мы добрались до театра, то давайте, чтобы нашим детям было красиво, весело и счастливо. То есть театр для нас – это как противоядие от реальности. Кроме того, у французских спектаклей совсем другой темпоритм. Это такая тихая, спокойная, плавная, размеренная история. Но тут надо понять, что там, откуда приезжают эти театры, совсем другая жизнь. Вы же не представляете себе, чтобы в каком-либо российском городе были бы кварталы, в которые нельзя въезжать на машине? А там это может быть. Тем более, если речь идет о французской провинции.

—Язык театра универсален или в разных странах понимается по-разному?

—Для детей – универсален, для взрослых – нет. Но все дети воспринимают все одинаково. Если театр честный, то проблем нет.

—Что значит «честный»?

—Честный театр – тот, где актеры играют для детей, потому что они не могут для них не играть. Они от этого получают удовольствие.

—Мне показалось, что некоторые спектакли для взрослых. Не может ли это оттолкнуть ребенка от спектакля?

—Абсолютно нет. Здесь есть воспитательный момент и для родителей. Кто-то не готовит ребенка никогда ни к чему. А кто-то, узнав, что спектакль сделан по работам Кандинского и Миро, листает их альбомы, а потом приходит на спектакль. Вы можете до того, как привести ребенка на спектакль, объяснить ему, что такое сценография, как ставится свет, почему во время спектакля надо молчать, почему нельзя включать телефон. И если вы с ним об этом поговорите, то он поймет правила игры и будет спокойно смотреть спектакль. И рассказать об этом могут только родители.

—Сейчас родители водят своих детей в театр чаще, чем 10–15 лет назад?

—Сейчас другие родители. Десять лет тому назад детей в театр водили в основном бабушки. Родители покупали им билет и отправляли их с детьми в субботу-воскресенье в театр, чтобы они не мешали пылесосить или стирать. А за последние десять лет появилось огромное количество молодых родителей, которые очень любят ходить в театр всей семьей. В театрах появилось много пап. Вообще сейчас молодежь по-другому к этому относится. Но у них и условия жизни другие. Они не жили в стране, где было написано: «С детьми и собаками не входить». Они этого не понимают, они вешают на себя ребенка годовалого возраста и идут с ним по музеям и театрам.

—Это очень европейская тенденция.

—Да, это к пришло к нам оттуда. И слава тебе, Господи. У нас на Руси вообще было не принято куда-то ходить с ребенком. В русском менталитете считается, что там, где взрослые, детям делать нечего.

—Индустрия развлечений для детей—насколько она сегодня развита и востребована в России?

—Востребована очень, но развивается плохо. Все, что касается детей, не престижно и не прибыльно. Я смотрю, как себя ведут антрепризные спектакли или что творится в Москве во время зимних каникул, и мне становится дурно. Билеты стоят 3, 5, 7 тысяч, и Москва это «съедает».

—А другие города?

—В других городах есть определенный уровень цены билета, выше которой никто никогда не прыгнет. В Москве люди, когда видят среднюю цену билета, говорят: ой, это что, плохой театр?

—Но это же не так?

—Это абсолютно не так. Но в наш театр самые дорогие билеты продаются в первую очередь. Я могу продать четыре ряда по 1000 рублей и потом не продать ни одного билета по 70-150 рублей.

—Что будет в следующем году на «Гавроше»?

—В следующем году на «Гавроше» специальными гостями будут итальянские театры, а основной акцент в программе мы сделаем на «смолл сайзе». Мы уже отсмотрели несколько спектаклей. Оказалось, что эта ниша очень востребована, но мы не умеем работать с детьми такого возраста. Поэтому надо привезти сюда итальянцев и показать, как это делается.


Карта сайта


Информационный сайт Webavtocat.ru