Хранительница «звериной» бухгалтерии

Хранительница «звериной» бухгалтерии

Зоопарк всегда ассоциируется с детством. Поэтому кажется, что жизнь работников зверинца - сплошной праздник. И сотрудники бухгалтерии, наверное, не исключение. Чтобы выяснить, так ли это, наш корреспондент Олеся ПЕРЕЖОГИНА отправилась к главному бухгалтеру Московского государственного зоологического парка Анастасии ПЕТРУСЬ.

На огромной территории зоопарка найти здание бухгалтерии оказалось не так-то легко. Поплутав между вольерами с волками и строящимся слоновником, я решила все-таки обратиться за помощью. «К Насте Петрусь? Сходите, поговорите – она замечательный человек», – показав дорогу, улыбнулся солидный мужчина в очках.

У дверей бухгалтерии меня встретила хрупкая женщина с открытым взглядом, которой совершенно не подходила роль главбуха огромного «звериного царства». Тем не менее это была Анастасия Петрусь, главный бухгалтер московского зоопарка.

Разговор, едва начавшись, тут же прерывался. Мою собеседницу постоянно отвлекали: звонили, просили подписать бумаги, просто заходили «в гости». Только через полчаса «окружение» немного успокоилось и я наконец-то смогла начать беседу.

– Анастасия, работать в зоопарке, наверное, с детства мечтали?

– Даже близко не было таких фантазий! Просто так распорядился его величество случай. Я искала работу, московскому зоопарку нужен был главный бухгалтер. Вскоре после собеседования от дирекции зоопарка пришло приглашение на работу. Я согласилась и до сих пор не жалею. Более того, я считаю, что для меня попасть в зоопарк было большой удачей, потому что здесь много интересного и с точки зрения эрудиции, и с точки зрения профессионализма.

– А сложности у главбуха зоопарка какие-нибудь есть? Предприятие все-таки необычное...

– Зоопарк – только слово короткое, а дел много.

Во-первых, мне пришлось заново учить зоологию: определенные знания о животных необходимы для работы в бухгалтерии. Во-вторых, здесь в профессиональном плане огромное разнообразие. До зоопарка я 10 лет проработала главбухом на малом предприятии, которое занималось аптечными товарами. Естественно, привыкла к своей специфике. А тут основных фондов только – начиная от животных и кончая зданиями, заборами. Потом наша бухгалтерия всегда полна людей: кого-то интересует его зарплата, кого-то – оплата корма для питомцев и так далее. Я должна знать ответы на все вопросы, быть в курсе всего.

– Значит, как все бухгалтеры, «горите» на работе?

– А что делать, приходится «гореть». Дома раньше 11 часов вечера редко появляюсь. Сейчас постоянно меняется законодательство, поэтому сложности все прибавляются и прибавляются. Хотя сколько я работаю, столько что-то меняется.

– Как вы относитесь к нынешним налоговым и бухгалтерским изменениям? Мнения сейчас самые разные...

– Наверное, когда пройдет много времени, я смогу сказать, как к ним отношусь. Сейчас же говорить рано, да и думать об этом некогда.

Просто в данный момент бухгалтеры вынуждены «перерабатывать» огромное количество информации. Мы только привыкнем к одному, нас тут же заставляют переучиваться. Знаете, когда пишешь большую часть жизни правой рукой – и вдруг тебя заставляют писать левой. Должно пройти время, пока все дойдет до автоматизма. Так и с учетом, только законодатели времени нам не дают, чтобы перестроиться.

Но в переменах есть и положительная сторона. Каждый квартал выходит что-то новое, и мы изучаем все заново. Некогда скучать – некогда стареть. Даже обычные житейские проблемы за всей этой суматохой не так заметны.

– Неужели вы не чувствуете на себе давления всех этих налоговых новшеств и постоянных перемен?

– Нет, конечно, мы чувствуем налоговый гнет, но не в той степени, как обычные предприятия. Зоопарк находится на бюджетной дотации, и животные в любом случае без корма не останутся.

Сейчас сложнее в том смысле, что нельзя совершать ошибки. Раньше кроме запущенного учета главбух не мог создать других проблем. Ну уволили его, взяли другого. Сейчас же от ошибок главного бухгалтера зависит судьба предприятия и его работников.

– Если сравнить вас и главбуха обычного предприятия: у кого проблем больше?

– Во время реформ плохо всем предприятиям: и большим, и маленьким. Просто у маленьких меньше возможности нанять специалиста, который поможет во всем разобраться. Конечно, мне проще решать проблемы. Звонишь и говоришь: «Я главбух московского зоопарка, помогите разобраться». Ну кто откажет? Поэтому «большим и знаменитым», наверное, проще в этом смысле: нам стараются помогать.

– Анастасия, откройте тайну: где зоопарк берет столько мяса для животных?

– Ну почему сразу мясо?! Как что – сразу мясо, как будто животные ничего больше не едят. Между прочим, больше всего мы закупаем зерна, овощей и фруктов.

У нас есть поставщики, которые отбираются очень тщательно. Вообще зоопарк – это специфический заказчик! Например, мы в больших количествах закупаем лягушек, мышей, крыс. Есть организации, которые специально разводят такой специфический «корм» на продажу.

– Мне всегда было интересно: животных зоопарк покупает или в дикой природе отлавливает?

– По-разному бывает. Чаще всего происходит обмен между зоопарками. Например, родилось у нас много обезьянок одного вида, а нам нужен самец жираф. Мы и обмениваемся. По бухгалтерии это проходит как бартер. Когда обмен невозможен, то мы покупаем животных в других зоопарках. Но бывает, зоопарк получает и диких животных, так как для хорошего потомства нужна свежая кровь. Правда, для этого нужно много различных соглашений, поэтому порой проходят годы, прежде чем животное попадет к нам.

– Когда детеныши рождаются, вы их как прибыль учитываете?

– Детеныши проходят как молодняк. Есть основное поголовье, а есть молодняк.

Вообще у зоопарка нет цели растить зверей ради продажи. Поэтому животное – это не прибыль в любом случае. Зоопарк не может быть торгующей организацией, как ферма. В уставе написано, что мы занимаемся природоохранной работой.

– Но ведь вы продаете зверей в другие зоопарки?

– Это делается не ради прибыли. Все обмены и продажи диктуются прежде всего научными целями. Зоопарк не только показывает зверей и развлекает детей. В нем идет огромная научная работа.

Кроме того, для работников зоопарка животные – это дети. Был такой случай. К нам прибыли детеныши моржей, и они очень боялись, когда люди около них ходили. Так сотрудники ползали по-пластунски вместе с маленькими моржами, пока те не выросли и не адаптировались. Ну о какой продаже здесь может идти речь?

– А как складываются отношения с таможней? Насколько я знаю, ввоз и вывоз экзотических животных – довольно сложные процедуры.

– В принципе, чтобы вывезти любое животное, нужно выполнить кучу требований. Во-первых, уведомить таможни обеих стран. Потом получить разрешение CITES (организация, курирующая соблюдение Конвенции «О международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения» – прим. ред.).

У нас проблемы возникают редко: эта система уже налажена. Но сбои на таможне все-таки бывают. Очень хотелось бы, чтобы таможенники понимали, что животные не конфеты, которые могут неделю простоять на границе. Это живые существа, и «таможенные» условия им не всегда подходят. Кстати, тут и на бухгалтерии большая ответственность. Если неправильно будет заполнена декларация, то мы не просто потеряем деньги или нервы – мы заставим мучиться животное.

– Налоговики тигров не боятся, навещают вас?

– Проверки бывают, как и на любом другом предприятии. И мы тоже сильно волнуемся по этому поводу, потому что ошибки есть у всех.

Главное в отношениях с налоговой – относиться друг к другу с уважением, тогда проблем станет меньше. Инспектору тоже поперек горла эта налоговая реформа, он ломает голову над новыми документами. Надо всегда ставить себя на место другого человека.

– Редко приходится слышать такое мнение от бухгалтера. Обычно налоговиков ругают...

– Просто российские граждане за многие годы привыкли не платить налоги. Поэтому сейчас мы злимся на налоговую. Можно, конечно, думать так: налоговики собирают налоги, чтобы построить себе дачи, а мой инспектор требует правильно заполнять бланки, чтобы получить большую зарплату. По-моему, это вообще глупое представление о жизни. Есть правила игры. Если мы все время будем бунтовать, то мира по разные стороны баррикад никогда не будет.

– С таким «мирным» подходом к людям у вас, наверное, с подчиненными конфликтов не бывает?

– Есть такое мнение: хороший главбух – это тот, кто не допекает. Я с этой точки зрения плохой начальник: я требую, заставляю. Поэтому, конечно, конфликты бывают. С одной стороны, моя задача – объяснить, как сделать так, чтобы было правильно, с другой – потребовать, чтобы было правильно.

Еще я стараюсь показать своим сотрудникам, что они работают не ради бумажек, а ради людей и животных. А то как у нас обычно говорят: «Ой, опять в эту бухгалтерию, какой кошмар». Я хочу, чтобы сотрудники зоопарка перестали шарахаться от бухгалтерии. Чтобы все знали, что здесь им помогут разобраться с любой проблемой.

– А вы со своими лохматыми подопечными общаетесь? Любимчики есть?

– Конечно, на территорию выхожу, общаюсь. Особенно когда привозят кого-то нового, прихожу знакомиться. Но люблю я всех одинаково. Вообще в зоопарке начинаешь больше любить и людей, и животных.

– Вот вы наверняка в детстве были в зоопарке. Интересно, сегодняшние ощущения как-то разнятся с детскими?

– Конечно. До того как я пришла в зоопарк, мне казалось, что здесь все просто. Но только увидев все изнутри, я поняла, сколько люди вкладывают труда, чтобы животным было хорошо и уютно. Нельзя сказать слону: «Извини, сегодня воскресенье, поэтому кормить я тебя не буду». Тут каждый день, даже каждую минуту делается великий труд.

– За этим великим трудом на семью время остается?

– Знаете, есть такой парадокс: когда ничего не делаешь, ничего и не успеваешь, когда полно работы – все успевается.

Я бы не сказала, что мои близкие недополучают заботы и внимания. Естественно, мой четырехлетний сын часто бывает в зоопарке. Но мы ходим и в театры, и на разные детские праздники.

А представьте гордость моего сына, когда он говорит: «Моя мама работает в зоопарке». Одно дело, когда ребенок сюда раз в год приходит, а другое – когда видит все изнутри. Сын уже собирается работать в зоопарке. Только, я надеюсь, не бухгалтером.

– Почему же не бухгалтером?

– Бухгалтер – это вечно занятой человек, у которого никогда нет свободного времени. У нормальных людей год делится на времена года, а у бухгалтера – на кварталы. Я иногда вспоминаю какое-то событие и думаю: «Это было во II квартале». Хочу, чтобы у сына все-таки были зима и лето, а не кварталы.

– Почему же тогда вы выбрали именно эту профессию?

– Это уже просто судьба. В данный момент единственное, что я умею и люблю,– быть главным бухгалтером.

После беседы меня повели по кабинетам и познакомили со всеми работниками бухгалтерии. Умудренные опытом сотрудницы рассказали «страшную» историю о том, как Анастасия Андреевна заставила их вести учет на компьютерах. Сначала было непривычно без бумажек, но сейчас они уже хотят освоить интернет, чтобы писать письма своим внукам.

За чашкой чая Анастасия рассказала множество интересных историй из жизни зоопарка, хвалилась его достижениями, показывала забавные фотографии из архива. Еще она поведала, что очень любит ходить в гости к моржам. Слушая все эти истории, я поняла, что Анастасия не просто любит свою работу – она «горит» зоопарком и всех зажигает любовью к нему.


Карта сайта


Информационный сайт Webavtocat.ru